WWW.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 19 |

«Институт МГУ имени Государственный фундаментальных М.В. Ломоносова биологический музей проблем биологии РАН имени К.А. ...»

-- [ Страница 12 ] --

Л.Н. Гумилев, создавая теорию этногенеза, опирался на системный подход, подчеркивая, что «реально существующим фактором системы являются не предметы, а связи между ними, хотя они не имеют ни мас сы, ни веса, ни температуры». Природная «система работает на био химической энергии, адсорбируя (поглощая) ее из окружающей среды и выдавая излишек в виде работы (в физическом смысле)» (Гумилёв, 199). По существу вся теория этногенеза построена в той же логике, что и ноосферная концепция Вернадского, но на базе глубокого синте за не только естественнонаучного, но и гуманитарного знания.

Пожалуй, дальше всех пошел Н.Н. Моисеев, сумевший разрабо тать подходы к построению моделей функционирования биосферы.

Методологические подходы к решению этой задачи, по его собственно му признанию, формировались благодаря общению с радиобиологом и генетиком Н.В. Тимофеевым-Ресовским и знакомству, по его рекомен дации, с учением В.И. Вернадского. Для решения этих проблем в ВЦ АН СССР были созданы две лаборатории, которые смогли на техни ческом уровне БСЭМ-6 приступить к решению системных моделей.

В 198 г. на научной конференции, посвященной проблемам оценки возможных последствий ядерной войны, был представлен доклад кол лектива ВЦ АН СССР «Ядерная зима». Это была часть общего разра батывавшегося под руководством Н.Н. Моисеева проекта модели био сферы. В нем атмосферные процессы были состыкованы с процессами, идущими в резервуаре «океан». Объединение в одну систему атмосферы и гидросферы на принципе геохимических циклов дало существенные преимущества данному проекту по сравнению с другими, выполненны ми на более мощной технике, но ограниченные атмосферными процес сами. Эти материалы получили международное признание и послужили серьезным фактором для запрещения ядерных испытаний в атмосфере.

К сожалению, в 90-х годах эти работы были свернуты. Н.Н. Мои сеев оказался не у дел. Свое видение проблем биосферы и ее переходу в ноосферную стадию он изложил в ряде книг, последняя из которых вышла уже после его смерти (Моисеев, 2001).

Пути к ноосферному мышлению. С естественнонаучной точки зрения, в масштабе геологического времени мы давно живем в ноосфе ре, точнее в ноосферной стадии развития биосферы. В масштабе соци ального времени мы еще только входим в ноосферный этап. Отсюда и те разночтения, о которых говорилось выше. Общественное мышление пока отстает от того технического развития, которого достигла мировая цивилизация, и тех воздействий на природу, которое оно уже оказывает.

Интересы, цели и механизмы отдельных элементов общественной системы, в том числе и ее управляющих подсистем, далеко не всегда совпадают с интересами самой системы в целом. В теории управления цель задается извне. В научном исследовании и общественном разви тии надо суметь ее услышать и понять. Но этого мало. Ощущение не обходимости основной цели должно находить общественное единоду шие. Единодушие не по принуждению, а по убеждению.

Все это требует глубокого и всестороннего преобразования научного и общественного мышления. Процесс длительный, постепенный и мучи тельный. «Многие научные истины,– писал Вернадский (1997а) – вхо дящие в состав современного научного мировоззрения, или их зародыши проповедовались в прежние века отдельными исследователями, которые находились в конфликте с современным им научным мировоззрением».

Путь к ноосферной парадигме лежит через просвещение и образова ние. В них «мы видим форму организации производительную, дающую не только охрану культуры и национального существования, но творя щую эту культуру, кующую национальную силу… Учащийся народ – ос нова широкого и мирного развития человечества» (Вернадский, 191).

Под учащимся народом В.И. Вернадский понимал весь комплекс усвоения индивидом, «человеческой личностью» от раннего детства до конца существования. В детстве у ребенка формируются ощущения связи с природой. В период обучения он познает основные законы природы, понятые человечеством. Весь остальной период он пополня ет свои знания и оценивает свое место в системе цивилизации.

Весь этот комплекс позволяет ему приобщиться к мировой культу ре, понять, «что он житель планеты и не может–должен–мыслить и дейс твовать в новом аспекте, не только в аспекте личности, семьи, или рода, государства или союзов, но в планетном аспекте» (Вернадский, 1997б).

Культура любого общества всегда складывается из культуры его членов, культуры в широком понимании этого слова, включающего в себя куль туру быта, социальных отношений, земледелия, техники, в конечном сче те, культуру личности. «Я глубоко убежден – писал Вернадский своей жене Наталье Егоровне – и все более убеждаюсь, что есть единственная возможность сделать культуру прочною – это возвысить массы, сделать для них культуру необходимою» (Вернадский, 1994).

Процесс смены парадигм фактически уже начался, но находится в зачаточном состоянии. Мышление всегда консервативно, тем более общественное. В настоящее время его развитие отстает от развития технического, которое является стимулом современного развития ци вилизации. Это несоответствие порождает те кризисные состояния, которые мы ощущаем. Ускорение процесса смены парадигм зависит от активности всех звеньев образования и просвещения.

Система ноосферного образования на всех этапах от воспитания в раннем детстве, до полной открытости путей к просвещению в зрелом возрасте, должна сыграть одну из главных ролей в развитии цивили зации. Только таким путем возможно глубокое осознание основного вывода концепции ноосферы: будущее человечества, как части еди ной системы биосферы, зависит от того, когда оно поймет свою связь с Природой (Богом, Высшим Разумом, Мировой информацией и т.п.) и примет на себя ответственность не только за развитие общества (к чему стремились все утописты), но биосферы в целом.

Бугаев И.И. Акад. В.И. Вернадский. Рецензия на книгу «Биосфера» // В.И. Вер надский: pro et contra. СПб., 2000. С.42–46.

Вернадский В. И. Письма И. И. Петрункевичу // Новый мир. 1989. № 12. С. 204–221.

Вернадский В.И. «Царство моих идей впереди...» (Из записей 191 года) / Публ.

подгот. И.И. Мочалов // Природа. 1990. № 6. С. 89–10.

Вернадский В.И. Биогеохимические очерки, 1922–192 гг. М.–Л.: Изд-во АН СССР, 1940. 250 с.

Вернадский В.И. Биосфера и ноосфера / Сост. В.С. Неаполитанская, А.А. Косору ков, И.Н. Нестерова. М.: Наука, 1989. 261 с.

Вернадский В.И. Биосфера. Л.: НХТИ, 1926. 146 с.

Вернадский В.И. Биосфера: Избр. тр. по биогеохимии. М.: Мысль, 1967. 76 с.

Вернадский В.И. Задачи высшего образования нашего времени // Вестник про свещения. 191. ;

В.И. Вернадский о науке. Т.2. СПб, 2002. С. 211, 215.

Вернадский В.И. Избранные сочинения. Т.1. М.: Изд-во АН СССР, 1954. С.62.

Вернадский В.И. Научная мысль как планетное явление // О науке. Т.1. Дубна:

Феникс, 1997б. С.22.

Вернадский В.И. О научном мировоззрении // В.И. Вернадский. О науке. Т.1.

Дубна: Феникс, 1997 а. С.5.

Вернадский В.И. Письма Н.Е. Вернадской, 189–1900. М.: Техносфера, 1994. С.2.

Гумилев Л.Н. Этносфера. М.: Экопрос, 199. С. 2 и 2.

Деборин А.М. Проблема времени в освещении акад. Вернадского // В.И. Вернад ский: pro et contra. СПб., 2000. С. 75.

Зубаков В.А. Биотемпопериодезация истории Земли как инструмент предотвра щения тотальной экологической катастрофы // Научное наследие В.И. Вернадского в контексте глобальных проблем цивилизации. М.: Ноосфера, 2001. С.146–19.

Кутырев В.А. Утопическое и реальное в учении о ноосфере // Природа.1990. № 11. С. 6.

Лавлок, Дж. Предыстория Геи // Вестник РАН. 199. Т. 6, № 12. С.114–115.

Моисеев Н.Н. Как приблизиться к ноосфере // Химия и жизнь. 1989. №№ 6–8.

Моисеев Н.Н. Универсум. Информация. Общество. М.: Устойчивый мир, 2001. 200 с.

Наумов Г.Б. О понятии «Ноосфера» // Науковедение. 2002. №. С. 86–96.

Новогрудский Д.М. Геохимия и витализм // В.И. Вернадский: pro et contra.СПб., 2000. С.60–67.

Ферсман А.Е. Успехи минералогии и геохимии за 25 лет Советской власти // Избр. тр. Т. V. М.: Изд-во АН СССР, 1959. С.86–850.

Ходаковский И.Л. Нообиосфера – современное состояние биосферы // Научное наследие В.И. Вернадского в контексте глобальных проблем цивилизации. М.: Но осфера, 2001. С. 50–66.

Grenier E. Vladimir Vernadsky, De la biosphre a la noosphre. Fusion. 2000. № 89.

Lindon H. LaRouche. The Economiccs of the Noosphere. EIR News Service, Inc, Washington, D.C.,2001. 29 pр.

Vernadsky V. La Biosfera. Como, Italia: Red. Edizioni, 199. 128 pp.

Vernadsky V. La Biosfera.Madrid: Fundacion Argentaria Visor Dis., 1997. 218 pp. (“Textos Basicos”). Indice: La biosfera. P. 4–202;

Vernadsky La biosfera y la noosfera. P.20–212. La Biosphre. Paris, New York: Diderot Editeur. 1997. 284 pp. (“Latitudes”). Table des matires: La biospre. P.47–250;

L’volution des cspces et matiere vivante. P. 251–278.

Vernadsky Vladimir I. The Biosphere / Forward by Linn Margulis and colleagues;

introduction by Jacques Grinevald;

translated by David B. Langmuir;

revised and annotation by Mark A.S. Mc Menamin. New York: Copernicus, 1998. 192 pp.

РАЗВИТИЕ ИДЕЙ А.Н. ТЮРЮКАНОВА В ОБЛАСТИ

ВОСПРОИЗВОДСТВА ПЛОДОРОДИЯ ПОЧВ ОПОЛИЙ

ЦЕНТРАЛЬНОЙ РОССИИ

Институт физико-химических и биологических проблем почвоведения РАН, Благополучие человечества на Земле тесно связано с почвенным плодородием, забота о котором во все времена была и остается одной из насущных проблем земледельца. Незыблемость этого основопола гающего условия жизнеобеспечения на нашей планете хорошо пони мали еще мыслители Древнего Мира, высказавшие первые научные взгляды о плодородии почвы и его значении для растительного мира.

Учение Аристотеля о четырех стихиях, необходимых растениям (воздух, вода, земля и огонь), суждение Феофаста о почве, как нечто особом и важном, которой присущи профильное строение и измен чивость в пространстве, понимание Катоном значимости органичес ких удобрений и компостов для повышения почвенного плодородия, обоснование необходимости научного осмысления практических приемов земледелия и применения их с учетом особенностей клима та и почв, предлагаемое Варроном, сформулировали вполне аргумен тированные для того времени представления о почве, как носителе плодородия. Поучительны в этом отношении слова выдающегося представителя античной агрономии римского писателя Колумеллы (I век н.э.), автора 12 книг «О сельском хозяйстве», весьма образно предвосхитившего современные подходы к воспроизводству почвен ного плодородия: «земля, это не устарелая женщина, а дева, всегда юная, красивая, свежая, младая, способная во все времена быть пло дородною, если только лелеять ее младость, сохранять, поддерживать ее нежную игривую жизнь» (цит. по Минееву, 2002).

В России одним из активных пропагандистов идеи о качестве земель, как решающем факторе успешного ведения крестьянского хозяйства, был незаслуженно забытый незаурядный ученый-агроном А.Т. Болотов (1988). В своей работе «Об удобрении земель» (1770), задолго до Либиха, он сформулировал достаточно верные для того времени представления о почве, как носителе плодородия, и об удоб рениях, без которых получение высоких урожаев невозможно даже на тучных черноземах. Весьма символично, что к этому убеждению А.Т. Болотов пришел на основе многолетних наблюдений и полевых опытов с культурными растениями, проведенных на серых лесных почвах ополий Центральной России.

 Спустя около 100 лет А.Н. Энгельгард (1959) убедительно обос новал положение о первостепенной роли удобрений для почвенно го плодородия. Он писал, что «если почва бесплодна и истощена, не содержит веществ для питания растений, то без достаточного удоб рения на такой почве хозяйство невозможно. Никакие изменения в севооборотах, никакие улучшения в машинах и т.п., не пойдут впрок на почве истощенной, плохо удобренной».

Среди исследователей, внесших существенный вклад в дальней шее изучение почвенного покрова опольных ландшафтов, неординар ностью своего мышления выделяется фигура А.Н. Тюрюканова, сфор мулировавшего современные представления о генезисе и особенностях формирования серых лесных почв. Результаты этой работы обстоя тельно освещены в фундаментальной монографии А.Н. Тюрюканова и Т.Л. Быстрицкой «Ополья Центральной России и их почвы» (1971).

По мнению авторов, территории ополий имеют палеопойменное про исхождение и приурочены к берегам долин древних рек, занимая возвышенные участки в Брянской, Калужской, Московской и Влади мирской областях. Почвы ополий, отражая особенности происхожде ния территории, пород и рельефа, представляют собой одновременно возникшие и сопряженно эволюционирующие самостоятельные типы почв: занимающие повышения микрорельефа выделены в генетичес кий тип ополец, занимающие понижения – в генетический тип опо лица. В общей классификации ополец и ополица входят в переходный (от гидроморфных к автоморфным) класс почв.

Современный облик почвенного покрова опольных ландшафтов во многом определяется его сельскохозяйственным использованием и распаханностью территории. Ополья явились основой формирова ния агрикультуры древней Руси и до настоящего времени играют роль ведущих земледельческих районов Нечерноземного Центра. Почвооб разовательный процесс в опольных ландшафтах претерпел эволюцию, изменяясь от исходного палеопойменного влажно-лугового состояния в сторону преобладания лесостепного, дернового процесса. Островной характер ополий и, как правило, положительный знак новейших тек тонических движений привели к врезанию гидрографической сети и дренированию верхнего горизонта грунтовых вод. Капиллярный под ток влаги в почву из грунтовых вод прекратился, водный режим всё в большей степени зависел от атмосферного увлажнения. Являясь объ ектами многовекового земледельческого освоения, преимущественно экстенсивного типа, почвенный покров опольных ландшафтов посте пенно утратил свое плодородие. Слабая гумусированность серых лес ных почв, недостаточная обеспеченность их элементами минерального питания, возросшая аридность территории предопределяют ведущую роль удобрений в общем комплексе мер по воспроизводству утрачен ного плодородия этих почв и повышению устойчивости посевов сель скохозяйственных культур к дефициту влаги.

Идеи А.Н. Тюрюканова (1972) о своеобразии почвенного покрова ополий, явились для нас отправными при проведении агрохимичес ких исследований в стационарных полевых опытах на серых лесных почвах Мещовского ополья (1972–1987 гг.) и ополья юга Подмоско вья (1978–2010 гг.). На их основе углублены и развиты представле ния по ряду актуальных проблем почвенной науки, поднятых в рабо тах А.Н. Тюрюканова и требующих экологически сбалансированного решения, таких как воспроизводство плодородия почв, круговорот веществ в агроэкосистемах, оптимизация корневого питания расте ний, адаптация посевов к засухе и другие (Никитишен, 1984;

Ники тишен, 2002;

Никитишен, 200;

Никитишен, Курганова, 2007).

Наиболее существенный вклад внесен в изучение круговорота азо та, определяющего уровень продуктивности земледелия в опольных аг роландшафтах и вместе с тем представляющего наибольшую опасность загрязнения природной среды его минеральными соединениями в слу чае несбалансированного применения азотных удобрений (Никитишен, 1984). Установлено, что при систематическом применении азотного удобрения в севооборотах на серых лесных среднесуглинистых почвах ополий миграция нитратов по профилю имеет настолько выраженный характер и в такой значительной степени определяет условия питания растений и баланс азота, что, ограничиваясь данными о взаимодействии их с почвой и корневыми системами в пределах только пахотного слоя почвы, нельзя получить исчерпывающей информации о складывающем ся круговороте этого элемента в агроэкосистемах. Исследования, прове денные в данном направлении, позволили обнаружить новое явление и вскрыть механизм формирования глубокопочвенного нитратного мак симума, обусловленного подтягиванием вымывшихся на глубину до -х метров нитратов к фронту промерзания почвы, и с этих позиций обос новать несостоятельность широко распространенного, и как оказалось, ошибочного мнения о слабом последействии азотных удобрений. Бази ровавшееся преимущественно на результатах вегетационных и лизимет рических опытов, которые в силу известных методических ограничений не могут воспроизвести действительную картину поведения азота в при родных условиях, оно не в полной мере отражало реальную доступность растениям остаточных нитратов в почве. Было доказано, что благодаря передвижению нитратов в корнеобитаемый слой из нижележащих гори зонтов почвы при глубоком (до 1,5 м) ее промерзании зерновыми куль  Рис.1. Использование азота в прямом действии и последействии N удобрения:

1 – усвоено посевами в прямом действии N за 5 лет;

2 – усвоено зерновыми в последействии N за 3 года;

3 – усвоено многолетними злаковыми травами в последействии N за 3 года турами усваивается в последействии такое же количество нитратов, как и из свежевнесенного азотного удобрения. Особенно высокой степенью использования остаточных нитратов отличаются многолетние злаковые травы, способные благодаря глубокопроникающей корневой системе потреблять эти соединения азота из двухметровой толщи почвы (рис. 1).

При трехлетнем выращивании трав в биологический кругово рот вовлекается до 80 % вымывшихся ранее нитратов, что позволяет обеспечить участие их в интенсификации продукционного процесса растений и тем самым свести к минимуму опасность загрязнения при родных вод азотными соединениями.

На основе полученных данных развито представление о том, что обеспечение уровня азотного питания растений, сбалансированного с потреблением фосфора и других элементов, создавая благоприят ные условия для продуктивного использования внесенного азота в процессах формирования урожая, является определяющим факто ром оптимизации азотного режима почв в агроэкосистемах (Ники тишен, Личко, 2008). В противном случае накапливающийся в почве избыток минеральных соединений азота, главным образом нитра тов, подвергаясь вымыванию и денитрификации, становится одной из основных причин потерь азота. Несбалансированное применение азотного удобрения, не сопровождающееся существенным ростом продуктивности культур севооборотов, неизбежно превращается из высокоэффективного средства положительного воздействия на пло дородие почвы и урожай в фактор, оказывающий сильное негативное влияние на уравновешенность почвенных процессов азотного цикла, что создает угрозу истощения азотного фонда почвы (табл. 1).

Важное значение для разработки эколого-агрохимических основ устойчивого функционирования агроэкосистем имеют результаты исследований в области фосфорного питания растений и примене ния фосфорных удобрений (Никитишен и др., 2008). На примере Таблица 1. Эффективность возрастающих доз азотного удобрения и ба ланс азота в агроэкосистемах (по разнице с фоном Р80К120) 9-польный севооборот с клевером (1-я ротация, дефицит фосфора) Закрепление в почве в органической форме 176 27  9-польный севооборот с клевером (2-я ротация, оптимум фосфора) Закрепление в почве в органической форме 126 144 Прибавка урожая от азота, ц/га з.е. в год 8,7 12, 12, 9-польный севооборот с многолетними злаковыми травами Закрепление в почве в органической форме 168 260  Прибавка урожая от азота, ц/га з.е. в год 7,7 14,5 17,  отдельных культур, а также севооборотов в целом установлено, что дефицит фосфора, характерный для плодородия серых лесных почв ополий, сильно ограничивает эффективность азотного удобрения, в должной мере проявляющуюся лишь при доведении фосфатного уровня корнеобитаемого слоя до оптимальных параметров. Исходя из этой взаимосвязи, разработаны диагностические показатели сбалан сированности питания растений азотом и фосфором, в соответствии с которыми определен эффективный и экологически допустимый уровень внесения азотного удобрения, изменяющийся в достаточно широких пределах (на порядок) в зависимости от обеспеченности почвы подвижными фосфатами.

Установлено также, что в процессе трансформации фосфорных удобрений в серой лесной почве образуются фосфаты, длительное вре мя сохраняющие высокую доступность растениям. Это обусловлива ет не только их положительное прямое действие на корневое питание культур севооборота, усиливающееся по мере повышения фосфатного уровня почвы и обеспеченности азотом, но и продолжительное пос ледействие (до 10 лет), в результате чего суммарное использование посевами фосфора может достигать 90 % внесенного с удобрением (Никитишен, Личко, 2008). Полученные данные свидетельствуют о неправомерности бытовавшего до недавних пор представления о крайне низком коэффициенте использования растениями фосфора из удобрения по причине недооценки его последействия (табл. 2).

Следует отметить выявленную в полевых опытах способность Таблица 2. Использование фосфора культурами севооборота в прямом действии и последействии фосфорного удобрения Внесено с удоб- Использование фосфора посевами за счет удобрения рением, кг/га культуры клевера полностью удовлетворять свою потребность в фос форе, не реагируя на фосфорное удобрение, при выращивании на почвах с крайне низким содержанием подвижных фосфатов в пахот ном слое благодаря активному усвоению этого элемента питания из нижележащих горизонтов. Показано, что за счет обогащения корне обитаемого слоя фосфором, содержащимся в корневых и пожнивных остатках клевера, обеспечивается усиление уровня фосфорного пи тания и рост продуктивности трех последующих культур севооборо та (озимой пшеницы, кукурузы, ячменя), соизмеримое с действием фосфорного удобрения (табл. ).

Эта особенность фосфорного питания клевера предопределяет первостепенное его значение при обосновании структуры севооборо тов на пахотных землях с низким уровнем плодородия не только в отношении азота, но и фосфора.

Исследования, проведенные в многолетних полевых опытах при контрастных условиях увлажнения, позволили выяснить причину не устойчивой эффективности калийных удобрений в посевах зерновых культур, выращиваемых в условиях ополий. Было установлено, что, это связано с вымыванием до 60 % калия из растительных тканей в репродук тивный период вегетации злаковых атмосферными осадками, большая Таблица 3. Фосфатмобилизующая и азотфиксирующая способность Вариант опыта Среднегодовое потребление Среднегодовая продук Р40K N60P40K N120P40K N180P40K P80K N60P80K N120P80K N180P80K *– в числителе потребление азота, в знаменателе – фосфора  часть которых очень часто (в 50 % лет) в виде сильных ливней выпадает в этом регионе во второй половине лета. Потери растениями значитель ного количества калия после фазы цветения исключают возможность проявления положительного его действия на отток ассимилятов в фор мирующееся зерно и тем самым заметно ограничивают эффективность калийного удобрения (Никитишен, Личко, 2007). Чем интенсивнее вы падают осадки во время созревания пшеницы, тем выше потери калия посевами вследствие вымывания и слабее действие удобрения (табл. 4).

Высокий уровень продуктивности агроэкосистем, обеспечивае мый благодаря сбалансированному внесению азотного, фосфорного и калийного удобрений, за счет которых растениями усваивается та кое же количество этих элементов питания, как и вследствие моби лизации ресурсов почвенного плодородия, обостряет дефицит серы и микроэлементов. Установлено, что при выращивании ячменя в по левых условиях и кукурузы в вегетационных опытах на серой лесной почве ополья, длительное время удобряемой минеральными туками и практически не содержащей подвижной серы, эти культуры испы тывают потребность в серосодержащем удобрении. Определяющим условием достижения высокой эффективности серосодержащего удобрения является обеспечение оптимальной сбалансированности серного питания растений с потреблением ими фосфора и азота.

Как показали исследования, проведенные в вегетационных опы тах, дефицит цинка в этих условиях также является существенным фактором, ограничивающим эффективность азотного удобрения при выращивании кукурузы. Усиление уровня цинкового питания этой культуры путем проращивания семян в 0,005 % растворе сернокисло Таблица 4. Потери калия из растений вследствие вымывания атмосферными осадками и эффективность калийного удобрения го цинка оказывает положительное влияние на потребление растени ями азота, фосфора, калия, Zn, Mn и Mo, обеспечивая повышение про дуктивности сухой надземной биомассы в пределах, соизмеримых с действием азотного удобрения. Проращивание семян кукурузы в 0,005 % растворах MnSO4, CuSO4, (NH4)6Mo7O24 и CoCl2 не вызывает достоверного роста урожая растений, способствуя лишь изменению их микроэлементного состава.

Значимыми для практики земледелия в условиях ополий являют ся результаты исследований, развивающие представление о роли удоб рений в усилении устойчивости зерновых злаков к неблагоприятному воздействию засухи. Установлено, что обеспечение оптимального уровня корневого питания этих культур дает возможность формировать посевы, обладающие повышенной способностью к использованию труднодоступ ных форм влаги из всей корнеобитаемой толщи почвы и образующие плотность стеблестоя, при которой существенно снижается доля потерь влаги на испарение с поверхности почвы в суммарном водопотреблении агроценозами. Благодаря этому удобренные посевы озимой пшеницы, потребляя такое же количество влаги на эвапотранспирацию, как и не удобренные посевы, используют ее вдвое продуктивнее и с меньшим ущербом для урожая противостоят засухе (Никитишен и др., 2008).

Как показали исследования, проведенные в вегетационных и по левых опытах, на каждый миллиметр влаги, используемой растениями на транспирацию в условиях умеренного и сильного ее дефицита, посе вами озимой пшеницы с оптимальным уровнем минерального питания непродуктивно расходуется на испарение с поверхности почвы 2,1– 2,7 мм. В посевах, испытывающих недостаток питательных веществ, доля таких потерь в полтора раза выше и составляет ,1–4,2 мм. Ана логичные данные получены И.С. Шатиловым и др. (2004) в полевых опытах на дерново-подзолистых почвах, установившими, что десукция влаги посевами зерновых культур при низком почвенном плодородии составляет 19–2 %, при высоком плодородии – 2–45 % суммарного водопотребления за вегетационный период.

Болотов А.Т. Избранные труды. М.: Агропромиздат, 1988. 414 с.

Минеев В.Г. История и состояние агрохимии на рубеже ХХI в. М.: Изд-во МГУ, 2002. 615 с.

Никитишен В.И., Личко В.И. Поведение калия в системе почва–растение при раз личных условиях водного режима // Агрохимия. 2007. № 1. С. 17–24.

Никитишен В.И. Агрохимические основы эффективного применения удобрений в интенсивном земледелии. М.: Наука, 1984. 214 с.

 Никитишен В.И. Плодородие почвы и устойчивость функционирования агроэко системы. М.: Наука, 2002. 258 с.

Никитишен В.И. Эколого-агрохимические основы сбалансированного примене ния удобрений в адаптивном земледелии. М.: Наука, 200. 18 с.

Никитишен В.И., Курганова Е.В. Плодородие и удобрение серых лесных почв ополий Центральной России. М.: Наука, 2007. 67 с.

Никитишен В.И., Личко В.И. Баланс азота в агроэкосистемах на серых лесных почвах при длительном внесении удобрений // Почвоведение. 2008. № 4. С. 481–49.

Никитишен В.И., Личко В.И. Влияние уровня азотного питания на потребление серы растениями ячменя // Агрохимия. 2010. № 8. С. 10–14.

Никитишен В.И., Личко В.И. Эффективность и продолжительность последейс твия фосфорного удобрения в агроэкосистемах на серых лесных почвах ополья // Проблемы агрохимии и агроэкологии. 2008. № 4. С. 14–19.

Никитишен В.И., Личко В.И., Амелин А.А. Продуктивное потребление влаги ози мой пшеницей при оптимизации минерального питания посева // Агрохимия. 2008.

№ 4. С. 20–0.

Никитишен В.И., Личко В.И., Курганова Е.В. Фосфор в агроэкосистемах на серых лесных почвах ополий Центральной России // Почвоведение. 2008. № 8. С. 98–996.

Никитишен В.И., Личко В.И.. Фосфатмобилизующая способность клевера при использовании почвенных фосфатов культурами севооборота // Плодородие. 2007. № 6. С. 2–4.

Тюрюканов А.Н. Почвы ополий Центральной России: Автореф.докт. дисс. Казань, 1972. 70 с.

Тюрюканов А.Н., Быстрицкая Т.Л. Ополья Центральной России и их почвы. М.:

Наука, 1971. 29 с.

Шатилов И.С., Замараев А.Г. и др. Энергомассообмен в звене полевого севооборо та. Часть 1. М.: Агроконсалт, 2004. 66 с.

Энгельгард А.Н. Избранные сочинения. М.: Госсельхозиздат, 1959. С. 419–562.

ЗАКОНОМЕРНОСТИ ПОЗДНЕГОЛОЦЕНОВОЙ

ЭВОЛЮЦИИ ЧЕРНОЗЕМОВ ПРИАЗОВЬЯ

Институт физико-химических и биологических проблем почвоведения РАН, Одним из важных аспектов биосферного естествознания и приро допользования является изучение закономерностей и направления сов ременной эволюции почв (Тюрюканов, 1990, 2001). Длительное время при изучении эволюции почв использовались сравнительно-географи ческий метод и метод генетического анализа почвенного профиля, что позволяло создавать лишь гипотетические дедуктивные схемы эво люции почв, фиксирующие возможность прохождения почв в своем развитии каких-либо стадий почвообразования. Значительным шагом вперед было развитие (особенно активное в последние десятилетия) весьма информативного и перспективного палеопочвенного метода. С его помощью получены принципиально новые данные, существенно изменяющие и дополняющие представления об эволюции почв и усло вий почвообразования в голоцене. Изучение палеопочв, погребенных под разновозрастными курганами, позволили наиболее полно решить проблему генезиса и эволюции почв ряда регионов и прежде всего степной зоны. Вместе с тем, еще существуют географические «белые пятна» в познании закономерностей степного почвообразования. К таким территориям относится и Приазовье. Актуальность проведения таких работ определяется также своеобразием почв, сформированных в этом регионе, генезис и классификационная принадлежность кото рых до сих пор вызывает дискуссии (Прасолов, 1978).

Цель данной работы заключалась в выявлении направленности и этапов педогенеза, скорости, масштабов изменчивости основных про филеобразующих процессов в почвах Приазовья второй половины го лоцена на основе палеопочвенного изучения археологических памят ников эпох бронзы, раннего железа и средневековья.

Объекты и методы. Исследования проведены в Неклиновском и Мясниковском районах Ростовской области на территории Приазов ской равнины. Климат района засушливый, сумма осадков за год со ставляет 450–480 мм. Абсолютные высоты варьируют от 15 до 75 м.

Почвообразующими породами являются лессовидные суглинки.

Объектами изучения послужили палеопочвы курганов бронзово го (XX–XVII вв. до н.э.) и среднесарматского (I в. н.э.) времени, скиф ского некрополя (IV в.до н.э. ) и Семеновского вала, сооруженного в XVII в.н.э. и перекрывшего почвы под культурными слоями VIII и XII вв.н.э. Исследованные почвы развивались в близких литолого-геомор фологических условиях, что позволило объединить их в единый пе дохроноряд, включивший следующие временные срезы: 4000 (700), 2400, 2000, 1900, 1200 лет назад и современность.

Проведен анализ морфолого-химических свойств погребенных и современных фоновых почв: содержания и состава гумуса, водораство римых солей, обменных катионов, карбонатов, гипса, гранулометри ческого состава. Установление классификационной принадлежности почв осуществлялось согласно (Классификация…, 1977).

Результаты и обсуждение. Для степных почв основными профи леобразующими процессами являются процессы, формирующие гуму совый, карбонатный, солевой профили, а также солонцовый процесс.

 Для выявления тренда и этапов эволюции почв Приазовья во второй половине голоцена рассмотрим основные закономерности их изменчи вости в течение последних 40 веков.

Солевой профиль. Палеопочвы исследованного хроноряда отлича лись сравнительно невысокой степенью засоления. Средневзвешенная величина плотного остатка не превышала 0,4 % и ее максимальные зна чения приходились на почвы эпохи бронзы. Аккумуляция легкораство римых солей (ЛРС), как правило, была приурочена к нижней части почв.

Изменения солевого профиля в пределах 2-х метровой почвенной толщи в течение последних 40 веков носили циклический характер, периоды рассоления чередовались засолением. Интервал времени 700–2400 лет назад характеризовался выщелачиванием 2-х метрового слоя, привед шем к ее полному рассолению. Запасы ЛРС уменьшились на 50 т/га или 70 %. Скорость их выноса составляла 4 г/м2 в год. В последующие четыре столетия протекал процесс засоления палеопочвы, особенно интенсивно ее второго метра. Скорость соленакопления в 4 раза превышала предшес твующую ей стадию выщелачивания. В результате почвы уже на рубеже эр по степени засоления стали близки палеопочвам, развитым на изуча емой территории в XX–XVII вв. до н.э., а запасы даже превысили их на 20 %. С рубежа новой эры вновь получил развитие процесс нисходящей миграции ЛРС, уже в течение первого столетия приведший почву к рас солению. При этом скорость выноса солей достигала наибольших значе ний за весь период и составляла 65 г/м2 в год. Однако этот процесс был прерван новым этапом засоления, в результате которого почвы в VIII в.

н.э. вновь восстановили свои запасы легкорастворимых солей. После дующие 1200 лет сопровождались выщелачиванием почв со скоростью 4–5 г/м2 в год, обусловившим вынос 80 % запасов ЛРС из почвенного профиля. Таким образом, в течение последних 4 тысяч лет запасы солей в 2-х метровой толще варьировали в пределах 20–86 т/га. Скорость их выноса колебалась от 4 до 65 г/м2 в год, поступление ЛРС в почвенную толщу шло со скоростью 8–16 г/м2 в год. В периоды засоления запасы солей достигали 72–86 т/га, вынос солей составлял 70–80 % их запасов в 2-х метровой толще.

Закономерности изменчивости гипсового профиля были иден тичными динамики солевого профиля. Количество гипса в 2-х метро вой толще было сравнительно небольшим и, как правило, колебалось в пределах 0,01–0,4 %. Максимальное его содержание зафиксировано в палеопочвах на рубеже эр. В течение 4 тыс. лет гипсовые аккумуляции характеризовались значительной динамикой. Глубины расположения верхней границы их аккумулятивного горизонта смещались от 170 до 00 см. Вынос гипса за пределы двухметровой почвенно-грунтовой толщи имел место в те же хроноинтервалы, что и для легкораствори мых солей.

Солонцовый профиль. Диагностика степени развития признаков со лонцеватости проводилась с помощью морфологических и химико-ана литических методов. Среди рассмотренных параметров были: количество обменного натрия, величина рН, распределение илистой фракции в поч венной толще, структура, наличие кутан. В исследуемых почвах зафик сированы признаки высокой динамичности в развитии солонцового про цесса. Наиболее изменчиво было содержание обменного натрия в составе ППК и реакция среды (рН). Максимальное содержание поглощенного натрия, достигающего 9–1 % отмечено в среднебронзовую эпоху (XX– XVII вв. до н.э.), на рубеже эр и в VIII в. н.э. В эти же отрезки времени шло ощелачивание почвенного профиля, рН возрастало до 8,2–8,4, фор мировалась призмовидно-столбчатая структура, отмечалась потечность органо-минеральных коллоидов в виде кутан и вертикальных тяжей. В периоды рассоления почв (IV в. до н.э., конец I в. н.э., современные поч вы) актуальная солонцеватость трансформировалась в остаточную или вовсе исчезала, что сопровождалось преобразованием призматических отдельностей в мелкоореховатые и комковатые, рассолением профиля.

Проведенные исследования позволили прийти к заключению, что солонцовый процесс впервые получил развитие на территории Приазо вья не позднее начала II тысячелетия до н.э. Почвы региона не менее  раз подвергались процессу осолонцевания за последние 4000 лет, при этом процесс осолонцевания, как правило, достигал в своем развитии только первой своей стадии – стадии ощелачивания, следующий же этап – про цесс текстурной дифференциации почвенного профиля практически не успевал развиться. Это приводило к значительному иллювиированию гумусовых веществ вниз по профилю, о чем свидетельствовало развитие в почвенном профиле ряда морфологических признаков: вертикальных гумусовых тяжей, кутан на стенках пор и гранях структурных отдельнос тей и увеличение запасов гумуса в толще 50–100 см. В то же время имел место накопительный эффект, который как отмечали А.А. Роде (1947), М.А. Глазовская и А.Н. Геннадиев (1995) присущ для циклически разви вающихся процессов, когда по завершению циклов некоторые остаточ ные явления, накапливаясь с течением времени, характеризуют поступа тельный необратимый характер, преобразующий устойчивые свойства почвенной толщи в определенном направлении. В почвах Приазовья накопительный характер динамики процессов осолонцевания– рассо лонцевания стал заметен с I века н.э. и проявился в некотором перерас пределении илистых частиц в профиле почв, которое более четко стало прослеживаться в современных почвах.

 Гумусовый профиль. Гумус – важный компонент генетической диагностики почв. Несмотря на диагенетические преобразования ор ганического вещества палеопочв, большинство показателей гумусного состояния почв успешно используется при диагностике древних почв и природных условий, в которых они формировались.

Для характеристики динамики гумусного состояния почв были изучены следующие параметры: содержание, запасы, вертикальное распределение гумуса в почвенном профиле, его групповой состав. За кономерности в вековом распределении гумуса в почвенном профиле рассматривались с учетом как визуально выделяемого гумусового го ризонта (А+АВ), соответствующего, как правило, содержанию гумуса не менее 2 % (Лебедева, 1974, 198), так и с более низким его содержа нием (не ниже 1 %). Это позволило выявить общую тенденцию разви тия гумусового профиля.

В течение последних 40 веков почвы исследуемой территории не выходили за пределы ранга среднемощных малогумусированных. Ко лебания мощности гумусоаккумулятивного горизонта (А+АВ) погре бенных почв зафиксированы в пределах 40–5 см, содержание гумуса в гор. А варьировало от ,0 до 4,2 %. Скорость роста гумусоаккумуля тивной толщи не превышала  см/100 лет, варьируя в отдельные пери оды от 0,5 до  см/100 лет, скорость уменьшения мощности гумусового горизонта колебалась от 1 до 2 см/100 лет. Мощность толщи с содержа нием гумуса более 1 % изменялась следующим образом. В течение II и I тыс. до н.э. вплоть до рубежа эр она была приурочена к верхнему по луметру. С I века н.э. и до наших дней возрастала: к концу I в. н.э. – уве личилась до 70 см, в средневековье (VIII в.н.э.) – достигала глубины 90 см. В современных фоновых почвах варьирует от 67 до 101 см.

Известно, что масштабы гумусообразования определяются как условиями гумификации свежих органических остатков, так и усло виями закрепления гумусовых веществ в почвенном профиле (Ган жара, 198). Полученные некоторые характеристики погребенных почв свидетельствуют о том, что 4000, 2000 и 1200 лет назад сочета ние ряда условий, таких как возрастание щелочности среды, увеличе ние содержания поглощенного натрия, являющегося пептизатором, снижение доли поглощенного кальция не способствовали образова нию и закреплению гумусовых веществ, в то время как IV век до н.э.

и конец I века н.э. были наиболее благоприятными периодами для гумусообразования. Максимальное накопление гумуса отмечено в современных почвах и в скифских (IV в.до н.э.): содержание гумуса в гор. А составляло 4,2 %, запасы его в 1-метровой толще достигали 29– кг/м2, в то время как в почвах, погребенных 4 и 2 тыс. лет назад в гор. А аккумулировалось гумуса не более ,0 %, а в 1-метровой тол ще запас его не превышал 2 кг/м2.

Формирование различных частей гумусового профиля имело свою специфику. К рубежу III–II тыс. до н.э. в верхнем полуметре на копилось до 70 % запасов, имеющихся в современных почвах. В пос ледующие 2 тыс. лет доминировала хорошо выраженная цикличность в их изменчивости: в благоприятные периоды они возрастали на 1/, при аридизации сокращались в пределах этих же величин. С конца I в. н.э. и до VIII в. н.э. отмечалась некоторая стабилизация запасов с незначительной тенденцией уменьшения. Последние 1200 лет шло их пополнение со скоростью 0, кг/м2 за 100 лет. Нижний полуметровый слой имел иной характер становления. К рубежу III–II тыс. лет до н.э.

в нем было сформировано не более 40 % запасов гумуса, фиксируемо го в современных почвах. В последующие 4 тыс. лет они возросли в 2,5 раза. При этом преобладал поступательный (но неравномерный) характер их развития: сначала постепенный в течение 2000 лет до на шей эры (запасы выросли с 4,1 кг/м2 до 4,8 кг/м2), затем со значитель но большей скоростью в последующие 2000 лет, увеличившись почти в 2 раза (до 10,6 кг/м2) в современных фоновых почвах. Наиболее ин тенсивно пополнялись запасы в интервале времени с I по VIII вв.н.э., скорость при этом достигала 0,5 кг/м2 за 100 лет. В последние 1200 лет она уменьшилась в –4 раза. В этих же временных рамках (с рубежа эр) фиксируется значительный рост мощности толщи с содержанием гумуса более 1 %.

Поскольку рост гумусового профиля вглубь происходил на фоне развития солонцового процесса, то одним из механизмов формирова ния нижней части гумусовой толщи была нисходящая миграция пеп тизированного органического вещества в периоды развития солонцо вого процесса (об этом свидетельствовало наличие потеков гумусовых веществ по ходам корней, червей, вертикальным граням структурных отдельностей) и дальнейшая его биотурбация. Наиболее благоприят ными, на наш взгляд, должны были бы быть переходные рубежи при смене аридных условий плювиальными, когда поступление дополни тельной влаги в ощелаченный профиль с пептизированным органи ческим веществом интенсифицировало вынос лабильных гумусовых веществ в глубь почвы. Неоднократное развитие процесса осолонце вания должно было препятствовать закреплению гумусовых веществ в верхних горизонтах почв и в то же время активизировать их иллювии рование в глубь профиля, способствуя формированию специфического гумусового профиля приазовских черноземов. О возможном древнем солонцовом генезисе нижней части гумусового профиля кубанских и  приазовских черноземов высказывали предположение некоторые ис следователи (Лебедева, 1974, 198).

Карбонатный профиль. Одной из отличительных особенностей степных почв является их карбонатность. Она обусловлена обычно как карбонатностью почвообразующей породы (лесс, лессовидные породы и др.), так и образованием карбонатов в процессе взаимодействия про дуктов функционирования корневой системы, микроорганизмов (СО2, выделяемой при их дыхании) и кальция в почвенной среде. Строение и положение карбонатного горизонта в профиле черноземов опреде ляется его водно-солевым и газовым режимами, а также миграцией кальция в системе почва-растение. Важную роль играют сезонные миг рации углекислого кальция (Афанасьева, 1974). В процессе почвооб разования происходит накопление, профильное перераспределение и вынос углекислых солей кальция, направленность и скорость которых определяются различными условиями и факторами, в том числе кли матическими изменениями, литологией, дренированностью, уровнем залегания грунтовых вод. Их сочетание в ту или иную эпоху форми рует определенный тип карбонатного профиля, являющегося генети ческим показателем состояния почв. К основным его характеристикам относятся глубина вскипания, формы новообразований, распределе ние карбонатов по профилю: интервал залегания зоны аккумуляции и запасы СаСО3.

Все исследованные разновозрастные почвы характеризовались достаточно высокой карбонатностью. В течение исторического време ни наблюдалась динамика содержания и профильного распределения СаСО3, глубины залегания и мощности аккумулятивного горизонта, пространственной дифференциации различных форм морфологичес ких новообразований, их количества и размера. Наиболее интенсивно эти преобразования протекали в верхнем метровом слое. Так, глубина вскипания за последние 4000 лет перемещалась в пределах 40 см тол щи. Верхняя граница горизонта аккумуляции карбонатов испытывала существенную динамику и варьировала в пределах 40–8 см, макси мально снижаясь в современных почвах и наиболее высоко поднима ясь к поверхности в средневековье и на рубеже веков. При этом ско рость нисходящей миграции составляла 2–6 см/100 лет, восходящей – 4–10 см/100 лет. Общая мощность карбонатного горизонта колеба лась в пределах 80–110 см. Исследованные почвы характеризовались присутствием двух форм карбонатных новообразований в почвенной толще: миграционных – псевдомицелий и сегрегационных – бело глазка. Известно, что псевдомицелий преимущественно образуется в условиях постоянной подвижности карбонатов в черноземах, лучше увлажняемых, тогда как в черноземах более сухих областей наблюда ется скопление углесолей преимущественно в форме белоглазки, или в форме сплошного пропитывания (Лебедева, 1974;

Лебедева, Овеч кин, 1975). С бронзового века и до раннего средневековья фиксиру ется дифференциация их в пространстве: верхняя часть карбонатного горизонта представлена миграционными формами, нижняя – сегре гационными. В средневековье отмечается совмещение этих форм в пространстве. Мощность почвенной толщи с аккумулятивными миг рационными формами карбонатов варьировала в пределах 20–55 см, с сегрегационными – от 60 до 110 см.

Запасы карбонатов в 2-х метровой толще за последние 40 веков менялись незначительно. Их средневзвешенное содержание в этом слое колебалось в пределах 8,–9,9 %. Динамика запасов СаСО3 имела следующую направленность: в интервале времени 4000–2400 лет назад запасы карбонатов в 2-х метровой толще сократились на 450 т/га, или на 16 %, а в последующие 400 лет возросли на 00 т/га или на 11 %, а к концу I в. н.э. достигли первоначального уровня. Последующие 700 лет вновь характеризовались потерей запасов на 400 т/га, с VIII в. н.э. до настоящего времени запасы карбонатов практически восстановились вновь. Минимальное количество запасов карбонатов, фиксированное с интервалом в полметра в двухметровой толще, для всех хроносре зов в сумме составило около 200 кг/м2, или 70–80 % карбонатных аккумуляций современных почв. Эту величину, на наш взгляд, можно рассматривать как наиболее стабильную часть карбонатных запасов, присутствующую в почвах исследованной территории на протяжении последних 40 веков. И лишь 1/ часть карбонатов была динамичной, активно трансформировалась в почвенной толще. И.В. Иванов (1992) считает, что общие запасы углекислых солей, остающиеся практичес ки неизменными на протяжении всего голоцена являются пассивной (реликтовой) составляющей. Активная (современная) составляющая представлена карбонатами, сегрегированными в пятнах, прожилках, белоглазке, характер преобразования которых на протяжении голоце на неоднократно изменялся.

Рассмотренные особенности палеопочв, погребенных под разно возрастными курганными насыпями, и литературные данные позво лили предложить концептуальную модель педогенеза на территории Приазовья для хроноинтервала 4000–0 лет назад. С рубежа III–II тыс.

до н.э. по настоящее время в зависимости от направленности, качес твенных и количественных преобразований выделяются 7 этапов в формировании современного облика почв Приазовья. Рассмотрим особенности каждого из этапов.

 Этап 1. XX–XVII вв. до н.э. Черноземы обыкновенные, сформи рованные в предшествующий этап, имевшие хорошую комковато-зер нистую структуру и реликтовые признаки повышенной увлажненности, подверглись засолению, степень которого была невысокой и благоприят ной для внедрения натрия в ППК и ощелачивания почвенного профиля (рН достигало 8,4–8,5), активного иллювиирования гумуса по порам, хо дам корней и червей, вертикальным граням структурных отдельностей, развитию призмовидно-столбчатой структуры к концу этого периода.

Карбонаты аккумулировались, в основном, в форме белоглазки, псев домицелий был слабо выражен. Максимум карбонатов располагался на глубине около 1 м и его содержание здесь достигало 1,5 %. Верхняя часть профиля характеризовалась слабым хлоридно-содовым засоление, с глубины 140 см сменяющимся средним сульфатным. Запасы гумуса в 1-м толще не превышали 22 кг/м2. Климатические условия этого периода способствовали развитию процессов, в результате которых к концу этого хроноинтервала черноземы по многим своим показателям стали ближе к более аридному варианту: чернозему южному, что свидетельствовало о довольно резкой аридизацией.

Этап 2. 2-я половина II тыс. до н.э.–1-я треть I тыс. до н.э.

Большинство палеогеографических данных свидетельствует, что этот этап длительностью около 900 лет характеризовался гумидизацией и некоторым похолоданием. Основными направлениями изменчивости почв были: вынос солей за пределы почвенной толщи, усиление гуму сообразования, преобразование карбонатного профиля. При этом ин тенсивность изменчивости климатических параметров была различ ной, что обусловливало и некоторую динамику в развитии почв.

Этап 3. VI–IV вв. до н.э. В течение рассматриваемого периода протекала однонаправленная нисходящая миграция легкораствори мых солей и гипса, в результате которой их запасы в двухметровой толще резко снизились. Признаки солонцеватости, характерные для палеопочв эпохи бронзы, трансформировались в остаточные с сохра нением в почвенном профиле реликтовых морфологических черт бы лого осолонцевания (ореховато-столбчатая структура, вертикальные потеки гумусовых веществ глубже 1 м, но перераспределения илистых частиц не фиксировалось), содержание натрия в ППК не превыша ло 1,5 %, величина рН составляла 7,–7,8;

засоление отсутствовало.

Интенсивно развивался процесс гумусонакопления, формировалась хорошая комковатая структура. Почвы в конце этого периода харак теризовались наибольшим содержанием гумуса и некоторым ростом мощности гумусового горизонта. Запасы гумуса в метровой толще уве личились в 1,5 раза. В групповом составе отмечалось некоторое умень шение гуматности (Сгк/Сфк не превышало 1,1). Заметные преобразо вания гумусового, солевого, солонцового профилей свидетельствовали о повышении увлажненности и понижении температур, усилении про дуцирования растительных ценозов, а следовательно, увеличении образования СО2 за счет корневого дыхания. Все это способствовало увеличению подвижности карбонатов, их растворению, выносу на большие глубины, активно формировались миграционные формы карбонатов. В профиле был ярко выражен псевдомицелий, количест во белоглазки небольшое, максимум карбонатов опустился на глубину 1,5 м, и содержание его не превышало 10,1 %. В итоге произошедшие изменения привели к смене подтиповой принадлежности черноземов.

К середине I тыс. до н.э. черноземы южные эволюционировали в чер ноземы обыкновенные.

Этап 4. III–I вв. до н. э. В течение данного временного интер вала изменения карбонатного, солевого, гипсового профилей приобре ли направленность, характерную для начала второго тысячелетия до н.э. (XX–XVII вв. до н.э.). Аридные условия с трендом нарастания за сушливости во времени способствовали доминированию восходящих токов. Подъем легкорастворимых солей обусловил слабое гидрокар бонатно-сульфатное натриевое засоление во втором полуметре поч венной толщи, плотный остаток превысил 0, %. С глубины полутора метров шло более интенсивное сульфатно-кальциевое засоление, в пределах двухметровой толщи появился гипсовый горизонт. Развитие солонцового процесса сопровождалось поступлением натрия в ППК, ощелачиванием, формированием призмовидной структуры, потечнос тью гумусовых веществ на большую глубину. Переорганизация карбо натного горизонта сопровождалась дифференциацией горизонта с сег регационными формами новообразований. Мощность карбонатного горизонта уменьшилась и стала сравнима с палепочвами XX в. до н.э., сверху располагался слабо выраженный псевдомицелий, ниже – хоро шо сформированная белоглазка, но в бронзовую эпоху карбонатный сегрегационный горизонт белоглазки не был дифференцирован по размеру белоглазки, а на рубеже эр сформировались два подгоризон та, свидетельствовавшие об изменчивости увлажненности, по крайней мере, наложении двух этапов карбонатизации: расположенный в ниж ней части горизонта с крупными формами, сформированными в более влажных условиях (вероятно, в IV в. до н.э.) и верхний подгоризонт с мелкой белоглазкой, образованной при аридизации (актуальной для этого хроносреза). О сложном характере формирования карбонатного профиля свидетельствовало и формирование двух аккумулятивных максимумов: на глубине около 1 и 2 м. Нижний, вероятно, являлся ре  ликтом предыдущего этапа развития почв, а верхний – продукт поч вообразования современного для данного интервала. Процесс гумусо накопления характеризовался ослаблением, минерализацией менее устойчивой части органического вещества, накопленной в предыду щий период, возрастанием доли гуминовых кислот. В результате фор мировался малогумусированный профиль с заметным уплотнением и ореховато-призмовидной оструктуриванностью гор. В, наличием лег корастворимых солей и гипса в пределах двухметровой толщи.

Развитие всего комплекса процессов привело вновь к смене под типа чернозема. Аридизация климата способствовала формированию более ксероморфной группы чернозема (южного чернозема).

Этап 5. I–IV вв. н.э. Основной тенденцией развития почв в этот хроноинтервал было выщелачивание почвенного профиля, причем особенно активно уже в течение первого столетия, что свидетельство вало о довольно резких изменениях природных условий при переходе от предыдущего этапа (на рубеже эр). Это привело к снижению глубин залегания аккумулятивных горизонтов, уменьшению содержания лег корастворимых солей и гипса в двухметровой толще, трансформации карбонатного профиля. Понизилась глубина вскипания, произошло перераспределение карбонатов в верхнем метровом слое: вынос их из верхнего полуметра в нижний, увеличилась мощность карбонатного горизонта, главным образом, вследствие изменения глубины залега ния нижней границы аккумуляций СаСО3, уменьшилось количество мелкой белоглазки, увеличилась доля прожилочных карбонатных аккумуляций в верхней части карбонатного профиля. Развитие про цесса выщелачивания почв зафиксировано и по другим параметрам:

уменьшилось содержание легкорастворимых солей и гипса, понизи лась глубина аккумуляции последнего. Отмеченные преобразования солевого, гипсового, карбонатного профилей сопровождались стира нием как морфологических, так и химических признаков солонцово го процесса: уменьшилась доля поглощенного натрия в составе ППК, призмовидно-ореховая структура гор. В1 трансформировалась в ком ковато-мелкоореховатую. Шло активное гумусонакопление, увеличи валась мощность гумусоаккумулятивного горизонта. Формировались черноземы обыкновенные.

Этап 6. V–X (VIII–X) вв. н.э. В этом хроноинтервале произошла очередная перестройка почвенного профиля. Почвы характеризовались некоторым снижением содержания гумуса, возрастанием его гуматности и уменьшением мощности горизонтов А и АВ, на фоне значительного иллювиирования гумусовых веществ в нижние горизонты. Уменьшилась глубина промачивания почв, доминирующими стали восходящие токи влаги. Вновь появились в почвенной толще легкорастворимые соли, гипс, возросло средневзвешенное содержание карбонатов, произошло совмещение в почвенной толще различных форм карбонатных аккуму ляций. Формировались морфологические и химические солонцовые признаки. Развитие вторичных процессов засоления и осолонцевания почвенной толщи является показателем развития вновь процессов ари дизации климата в этот период. В ходе развития почв в течение этого эта па произошло ослабление гумусонакопления, осолонцевание, формиро вание призмовидно-столбчатой структуры и смены подтипа чернозема, появлении южных черноземов.

Этап 7. XII в. н.э.–современность. Основной тренд развития природных условий этого этапа характеризовался гумидизацией и похолоданием. На общем фоне выделялись периоды оптимизации климатических условий в XII–XIV вв. н.э. (средневековой оптимум) и значительного похолодания – XVII–XIX вв. н.э. (малый леднико вый период). Доминирующими почвенными процессами были выще лачивание и гумусообразование. Итогом всего наблюдаемого периода исследований было формирование современных фоновых почв, диа гностируемых как чернозем обыкновенный карбонатный, по своим параметрам соответствующий представлениям о североприазовских черноземах. Он характеризуется невысоким содержанием гумуса (– 4 %), увеличением мощности гумусового горизонта до 90–100 см, при сутствием двух форм карбонатных новообразований. Аккумуляция псевдомицелия, как правило, начинается сразу под горизонтом АВ, белоглазка залегает глубже 1 м. Легкорастворимые соли и гипс выще лочены за пределы 2-х метровой толщи. В почвенном профиле обычно присутствуют реликтовые признаки осолонцевания: призмовидность структуры, небольшая текстурная дифференциация, ощелачивание профиля (рН достигает 8,5), вертикальные затеки гумусовых веществ.

Выявленные закономерности изменчивости почв на протяжении пос ледних 4000 лет позволяют прийти к выводу, что большинство свойств современной фоновой почвы является продуктом совместного дейс твия как современного, так и прошлых этапов развития. Лишь выще лачивание легкорастворимых солей и гипса за пределы 2-х метровой толщи, по-видимому, можно рассматривать как проявление современ ного гидрологического режима.

Заключение. Таким образом, в течение второй половины суббо реального и субатлантического периодов голоцена в пределах иссле дуемой территории почвообразовательный процесс характеризовался цикличностью, а эволюционные преобразования почв происходили на уровне подтипа и в зависимости от масштабов динамики природной  среды занимали промежуток времени от 100–00 до 900–1000 лет. Пос кольку изменения не выходили за пределы типа почвообразования, а черноземы формировались благодаря суммарному эффекту цикличес ки развивавшихся процессов (засоление–осолонцевание) и поступа тельного (накапливавшие остаточные явления после каждого цикла), способствовавшие росту мощности гумусового горизонта в глубину, развитию дифференциации в содержании илистых частиц почвенного профиля, то эволюцию почв можно характеризовать как преимущест венно малоконтрастную, наследующую, трансформирующую.

Почвы полигенетичные, поскольку в своем развитии прошли не сколько стадий, обусловленных, в основном, динамикой климатических условий. Развитие большинства процессов не успевало достигать квази равновесного состояния до очередной смены климатических условий.

Отмеченные закономерности (высокая динамичность педогене за), вероятно, имели региональный характер, поскольку Приазовье является специфичной территорией, расположенной на контакте двух равнин: южнорусской степной и предкавказской. В Ростовской облас ти проходит граница между двумя фациями черноземов: южно-евро пейской и восточно-европейской. Переходные области всегда отли чаются географической оригинальностью, включая в себя некоторые черты и тех, и других районов и являются наиболее информативными при изучении стадийности развития природы, поскольку характеризу ются наименьшей устойчивостью к изменениям природной среды. Од ним из результатов такого влияния на территории Приазовья явилось формирование своеобразных черноземов (североприазовских, пред кавказских). Североприазовские черноземы уникальны и нигде, кроме Ростовской области, не встречаются (Безуглова и др., 1995).

Афанасьева Е.А. Солевой профиль черноземов и пути его формирования // Чер ноземы СССР. Т.1. М.: Колос, 1974. С.145–156.

Безуглова О.С., Звягинцева З.В., Горяинова Н.В. Потери гумуса в почвах Ростовс кой области // Почвоведение. 1995. №2. С.175–18.



Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 19 |
 




Похожие материалы:

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ НАУК _ ВСЕРОССИЙСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ РАСТЕНИЕВОДСТВА имени Н. И. ВАВИЛОВА (ВИР) ТРУДЫ ПО ПРИКЛАДНОЙ БОТАНИКЕ, ГЕНЕТИКЕ И СЕЛЕКЦИИ том 173 Редакционная коллегия Д-р биол. наук, проф. Н. И. Дзюбенко (председатель), д-р биол. наук О. П. Митрофанова (зам. председателя), канд. с.-х. наук Н. П. Лоскутова (секретарь), д-р биол. наук С. М. Алексанян, д-р биол. наук И. Н. Анисимова, д-р биол. наук Н. Б. Брач, д-р с.-х. наук, проф. В. И. Буренин, ...»

«Федеральное государственное бюджетное учреждение Мордовский государственный природный заповедник имени П.Г. Смидовича ТРУДЫ Мордовского государственного природного заповедника имени П. Г. Смидовича Выпуск X Саранск – Пушта 2012 УДК 502.172(470.345) ББК: Е088(2Рос.Мор)л64 Т 782 Редакционная коллегия: с.н.с. О. Н. Артаев, к.б.н. К. Е. Бугаев, н.с. О. Г. Гришуткин, д.б.н. А. Б. Ручин (отв. редактор), н.с. А. А. Хапугин Т 782 Труды Мордовского государственного природного заповедника имени П. Г. ...»

«КУЗБАССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Т.Ф. ГОРБАЧЕВА Администрация Кемеровской области Департамент природных ресурсов и экологии Кемеровской области Российская Экологическая Академия МАТЕРИАЛЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ФОРУМА ПРИРОДНЫЕ РЕСУРСЫ СИБИРИ И ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА – ВЗГЛЯД В БУДУЩЕЕ ТОМ II 19 – 21 ноября 2013 года Кемерово УДК 504:574(471.17) ББК Е081 Материалы Международного Экологического Форума Природные ресурсы Сибири и Дальнего Востока – взгляд в будущее ...»

«Министерство сельского хозяйства Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Пензенская государственная сельскохозяйственная академия Совет молодых ученых Пензенской ГСХА Научное студенческое общество Пензенской ГСХА ИННОВАЦИОННЫЕ ИДЕИ МОЛОДЫХ ИССЛЕДОВАТЕЛЕЙ ДЛЯ АПК РОССИИ Сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых 14…15 марта 2013 г. ТОМ II Пенза 2013 ...»

«АДМИНИСТРАЦИЯ АЛТАЙСКОГО КРАЯ ДЕПАРТАМЕНТ ПО ОХРАНЕ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ АЛТАЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ КРАСНАЯ КНИГА АЛТАЙСКОГО КРАЯ РЕДКИЕ И НАХОДЯЩИЕСЯ ПОД УГРОЗОЙ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ ВИДЫ РАСТЕНИЙ Том 1 БАРНАУЛ–2006 1 ББК 28.688 УДК 581.9(571.15) К 78 Красная книга Алтайского края. Редкие и находящиеся под угрозой исчезновения виды растений. – Барнаул: ОАО “ИПП “Алтай”, 2006. – 262 с. В первый том Красной книги внесены 212 видов растений, нуждающихся в первоочередной охране, в том числе 2 вида ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ИЖЕВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ АКАДЕМИЯ АГРАРНАЯ НАУКА – ИННОВАЦИОННОМУ РАЗВИТИЮ АПК В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ Материалы Всероссийской научно-практической конференции, 12-15 февраля 2013 года Том II Ижевск ФГБОУ ВПО Ижевская ГСХА 2013 УДК 631.145:001.895(06) ББК 4я43 А 25 Аграрная наука – инновационному развитию АПК в А 25 ...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Санкт-Петербургская государственная лесотехническая академия имени С.М. Кирова И.В. Григорьев доктор технических наук, доцент А.И. Жукова кандидат технических наук О.И. Григорьева кандидат сельскохозяйственных наук А.В. Иванов инженер СРЕДОЩАДЯЩИЕ ТЕХНОЛОГИИ РАЗРАБОТКИ ЛЕСОСЕК В УСЛОВИЯХ СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО РЕГИОНА РОССИЙСКОЙ ...»

«В.И. Титова, М.В. Дабахов, Е.В. Дабахова ОБОСНОВАНИЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ОТХОДОВ В КАЧЕСТВЕ ВТОРИЧНОГО МАТЕРИАЛЬНОГО РЕСУРСА В СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОМ ПРОИЗВОДСТВЕ Н. Новгород, 2009 В.И. Титова М.В. Дабахов Е.В. Дабахова ОБОСНОВАНИЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ОТХОДОВ В КАЧЕСТВЕ ВТОРИЧНОГО МАТЕРИАЛЬНОГО РЕСУРСА В СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОМ ПРОИЗВОДСТВЕ Допущено УМО вузов РФ по агрономическому образованию в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлениям Агрономия, Агрохимия и ...»

«i Космическое Послание Мишель Дэмаркэ Перевод с английского оригинала под заглавием Thiaoouba Prophecy Впервые опубликованным под заглавием Abduction to the 9-th planet ISBN 9 780646 159966 Верить недостаточно. Надо ЗНАТЬ. i ii Предисловие Я написал эту книгу как ответ на полученные распоряжения, которым я подчинился. Она – рассказ о событиях, которые произошли со мной лично – я утверждаю это. Я полностью отдаю себе отчет в том, что, до некоторой степени, эта необычная история будет воспринята ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Алтайский государственный аграрный университет Л.М. Татаринцев ОСНОВЫ РАЦИОНАЛЬНОГО ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ: ОСНОВЫ ЗЕМЛЕУСТРОЙСТВА Учебное пособие Часть II Рекомендовано УМО по образованию в области землеустройства и кадастров в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению 120300, 120301 – Землеустройство ...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования ПЕНЗЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ КООПЕРАЦИЯ И ИНТЕГРАЦИЯ В АПК Учебник ПЕНЗА 2005 ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ 40 Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Пензенский государственный университет Кооперация и интеграция в АПК Допущено Учебно-методическим объединением по образованию в области производственного менеджмента в ...»

«СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ТЕХНИЧЕСКИХ НАУК Сборник статей Международной научно-практической конференции 4 марта 2014 г. Уфа РИЦ БашГУ 2014 1 УДК 00(082) ББК 65.26 С 43 Ответственный редактор: Сукиасян А.А., к.э.н., ст. преп.; СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ С 43 ТЕХНИЧЕСКИХ НАУК: сборник статей Международной научно-практической конференции. 4 марта 2014 г.: / отв. ред. А.А. Сукиасян. - Уфа: РИЦ БашГУ, 2014. – 100 с. ISBN 978-5-7477-3496-8 Настоящий сборник ...»

«Белгородский государственный технологический университет имени В.Г.Шухова Сибирский государственный аэрокосмический университет имени акад.М.Ф.Решетнева Харьковская государственная академия физической культуры Харьковский национальный педагогический университет имени Г.С.Сковороды Харьковский национальный технический университет сельского хозяйства имени П.Василенко Харьковская государственная академия дизайна и искусств ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ СПОРТИВНЫХ ИГР И ЕДИНОБОРСТВ В ВЫСШИХ ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Пермская государственная сельскохозяйственная академия имени академика Д.Н. Прянишникова И.А. Самофалова СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ КЛАССИФИКАЦИИ ПОЧВ Учебное пособие Пермь 2012 УДК 631.442 ББК Самофалова, И.А. Современные проблемы классификации почв: учебное пособие. / И.А. Самофалова; М-во с.-х. РФ, ФГБОУ ВПО Пермская ГСХА. – Пермь: Изд-во ...»

«1 Соколова Т.А., Трофимов С.Я. Сорбционные свойства почв. Адсорбция. Катионный обмен Москва 2009 2 ББК Рецензенты: доктор биологических наук профессор С.Н.Чуков доктор биологических наук профессор Д.Л.Пинский Рекомендовано Учебно-методической комиссией факультета почвове- дения МГУ им. М.В.Ломоносова в качестве учебного пособия для сту дентов, обучающихся по специальности 020701и направлению 020700 – Почвоведение Соколова Т.А., Трофимов С.Я. Сорбционные свойства почв. Адсорбция. Катионный ...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Институт проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова Южный федеральный университет Научный совет по изучению, охране и рациональному использованию животного мира opnakel{ on)bemmni gnnknchh МАТЕРИАЛЫ XVI ВСЕРОССИСКОГО СОВЕЩАНИЯ ПО ПОЧВЕННОЙ ЗООЛОГИИ (4–7 октября 2011 г., Ростов-на-Дону) Москва–Ростов-на-Дону 2011 УДК 502:591.524.21 Проблемы почвенной зоологии (Материалы XVI Всероссийского совещания по почвенной зоологии). Под ред. Б.Р. Стригановой. Мос ква: Т-во ...»

«ВВЕДЕНИЕ От пушных зверей получают как основную, так и побочную продукцию. Основной товарной продукцией является шкурка, а побочной — жир, мясо и пух-линька. Шкурки идут на пошив изделий, мясо — в корм птице и свиньям, а также зверям, пред назначенным для забоя, жир — в корм зверям и на техничес кие нужды, а пух-линька— на производство фетра и других изделий. От всех пушных зверей получают еще и навоз, кото рый после соответствующей бактериологической обработки можно с успехом использовать в ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА И ПРОДОВОЛЬСТВИЯ РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ СИСТЕМА ВЕДЕНИЯ ЖИВОТНОВОДСТВА РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ НА 2014-2020 ГОДЫ Ростов-на-Дону 2013 УДК 636 ББК 45/46 С 55 Система ведения животноводства Ростовской области на 2014-2020 годы разработана учеными ДонГАУ, АЧГАА, ВНИИЭиН, СКНИИМЭСХ и СКЗНИВИ по заказу Министерства сельского хозяйства и продовольствия Ростовской области (государственный контракт №90 от 12.04.2013 г.). Авторский коллектив: Раздел 1. – Илларионова Н.Ф., Кайдалов ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА И ПРОДОВОЛЬСТВИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ ГРОДНЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ КУЛЬТУРА, НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ МАТЕРИАЛЫ V МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ Гродно УО ГГАУ 2011 УДК [008+001+37] (476) ББК 71 К 90 Редакционная коллегия: Л.Л. Мельникова, П.К. Банцевич, В.В. Барабаш, И.В. Бусько, В.В. Голубович, С.Г. Павочка, А.Г. Радюк, Н.А. Рыбак Рецензенты: доктор философских наук, профессор Ч.С. Кирвель; кандидат ...»






 
© 2013 www.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.